26 апреля 1986 года произошла одна из крупнейших техногенных аварий в истории атомной энергетики – взрыв в четвертом реакторе Чернобыльской АЭС. Неудачный эксперимент разогнал энергоблок, и скачок давления просто  вырвал многотонную защитную плиту как крышку от пива. 280 тонн топлива, правда, не «завелось» в классическом грибе, но превратилось в «грязную бомбу». Два мощных удара пробили крышу и выбросили вверх потоки раскаленного топлива, пара, обломки стержней – все это с ветром и облаками разносилось по округе.
Масштабы катастрофы
Была сильно заражена территория площадью 2,6 тысячи квадратных километров – больше княжества Монако. Радиационные осадки и загрязненную стронцием пыль относило на 200 тысяч километров –  до окрестностей Ленинграда и Мордовии. В той или иной мере пострадало 4,8% территории Украины.
Непосредственно на месте, ликвидируя последствия пожара, и от отдаленных последствий радиоактивного облучения погибли, по разным данным, от 3900 до 4100 человек. Из зоны отчуждения выселили 116 тысяч людей, а многие поселки просто закатали в землю тяжелой техникой.
До 700 тысяч человек, включая армию и ГО, привлекли к ликвидации последствий – от смертельно опасных миссий в машинном зале до организации пунктов дозиметрического контроля и эвакуации. Звучали заявления, что территории эти потеряны для страны на сотни лет. Экономический ущерб в разное время оценивался в сумму 110-180 миллиардов долларов.

С надеждой на будущее.
Что мы имеем состоянием на 2019 год? Уровень радиации в зоне снизился в десять тысяч раз – из-за распада и движения водораздела. По меньшей мере на четверти территории уже можно вести бизнес и заниматься хозяйством. Даже сельским. Естественно, пока не ягоды и фрукты, а например рапс или древесина для энергетики непосредственно внутри периметра. Благо опыт есть – в Чернобыле уже сейчас работает специальная печь для сжигания древесины и щепы. Она же  экономит зимой газ для отопления и дает возможность расчищать «мертвые» леса в округе. Это лучше, чем потом летом тушить пожары с воздуха на огромной территории. Если сейчас тестовый период фильтров и отработки технологии из ЕС пройдет успешно, проект будет масштабироваться, завязывая объекты на местные же ресурсы.

«Жители» зоны
После закрытия ЧАЭС в 2000 году в зоне отчуждения работает примерно 3400 человек – инженеры законсервированных  реакторов, слесари и сварщики, снимающие их с эксплуатации и машинисты электричек. А кроме них –  полиция, охранники, егеря, пожарные, работники лесного хозяйства.  На сооружении нового объекта «Укрытие» французской компанией в отдельные  месяцы трудились до 2-3 тысяч человек. Плюс  возведение ЦХОЯТ – хранилища для отработанного топлива, его будут строить еще многие месяцы. Биосферный заповедник.
В Чернобыльской зоне отчуждения уже на сегодня работают и живут тысячи украинцев, не считая самоселов. Содержание инфраструктуры обходится в разные годы в 40- 55 млн долларов. Кроме того, город Славутич  и его население было крайне завязано на станцию уже после взрыва, а это 25 тысяч человек. И ситуацию с ними не решают заводы лампочек и  упаковки, которые открыли после закрытия станции. Так что  возвращение бизнеса в зону и ее рекультивация —  это не прихоть, а финансовая и социальная необходимость.
«Арка» и хранилище

Пока как перспектива непосредственно в зоне лидирует ЦХОЯТ – американцы выделили 250 млн долларов кредитных гарантий, ведутся работы и планируется создать до 300 рабочих мест, включая столовую и теплицу для выращивания овощей для персонала.
Украина потратит примерно 900 млн грн на реконструкцию железнодорожного полотна и постройку ветки в 6 километров, чтобы станция в хранилище могла принимать составы с отработанным ядерным топливом.
Естественно, что «Арка» с ее 2 млрд сметы пока дает большинству бывших работников станции и жителям Славутича работу на стройке и обслуживании объекта, но там финансовые перспективы строго на донорах и ЕБРР. А здесь экономия на захоронении в РФ на 200 млн в год отработанного украинского топлива дает какие-то минимальные возможности по обустройству инфраструктуры вокруг.

Туризм или энергетика
Растет туризм – 50-70 тысяч человек в год. Но пока все эти прожекты с казино и монорельсами остаются только на бумаге энтузиастов, а гостиницы со столовыми предоставляют суровый еще советский сервис с талонами и «двумя вторыми без подливы», вряд ли тут получится сделать туристическую Мекку. Нужны инвестиции, договоры аренды, хостелы и частные кафе, а государственная машина крайне инертна в плане разрешений и пропусков.
Зато энергетика на марше : испанцы и норвежцы инвестируют, китайцы и японцы проявляют интерес – этому способствует низкая цена земли. Запущена небольшая тестовая станция на 1 МВт, прямо напротив реактора, она будет расширяться до 100 МВт.
Создаются проекты по ветровым станциям. Согласно проектам, в перспективе мощность солнечных полей, ветряков и электростанций биомассы составит от 1,2 до 2,1 ГВт – это позволяет и территория, и инфраструктура ЧАЭС, и ЛЭП в систему страны. Но это годы монтажа мощностей, годы, пока траты на «зеленый тариф» станут ниже импорта газа и инвестиций.

Жизнь медленно возвращается в эти места. Вернулись медведи в биосферный заповедник. Становится на ноги бизнес. Заканчивается новый объект «Укрытие». Можно подготовиться к тому, что будет, когда начнут  закрываться другие станции. Рана, нанесенная нашей стране, потихоньку заживает, но нужны еще миллиарды долларов и десятки тысяч часов кропотливой работы. Помним катастрофу и ее цену спустя 33 года после аварии. Вспоминаем павших и не забываем живых.
Сообщает bigkiev.com.ua